Демократия

Демократия как форма власти

Демократия и либерализм разные, хотя пересекающиеся, понятия. Демократия – это форма, а точнее, формы организации власти, тогда как либерализм – это идеология западного капиталистического общества. Существует понятие “либеральная демократия”, но это не более, чем представительная многопартийная демократия, освещаемая авторами, симпатизирующими либералам.

Демократия как форма организации власти не является сугубо западным изобретением. Элементы демократии в виде коллективного обсуждения и решения общих дел были широко распространены среди охотников, земледельцев и скотоводов Старого и Нового Света [1, 2]. У всех этих племен и народов право участия в обсуждении вовсе не означало равной роли в принятии решения. То же неравенство и даже гораздо более сильное существует в любой “либеральной демократии”. Таким образом, демократия как форма власти не является западным “троянским конем” и не содержит традиций, чуждых душе незападных народов. Как все формы власти, демократия может быть в хороших и плохих руках, то есть, облегчать либо отягощать человеческое существование. До сих пор никто не опроверг наблюдения древних, что все формы правления имеют тенденцию к порче, и демократия не является исключением. В этом отношении можно спорить с высказыванием Черчиля: “Демократия - худшая система правления, за исключением всех остальных” [3].

Демократия Афин

Рождение демократии и само слово “демократия” связывают с античной Элладой [4]. Речь идет о государственном устройстве полиса Афины в течение двухсот лет, в V и IV веке до н. э. Остальные греческие полисы имели другие формы правления. Афины пытались экспортировать демократию, но потерпели поражение. Пала и афинская демократия. Важно отметить два обстоятельства. Первое, афинская демократия принципиально отличалась от современных демократий тем, что в Афинах граждане непосредственно принимали государственные решения, т.е. действовала “прямая” демократия, а в современных странах действует “представительная” демократия, когда решения принимают “избранники народа”. Второе, по организации власти современные демократии гораздо ближе к Римской республике, чем к Афинам. Римская республика никогда не была чистой демократией. В ней сочетались авторитарное правление - в лице консулов, аристократическое - в лице Сената, и демократическое - в виде народных собраний. Следовательно, нет оснований выводить происхождение современных демократий из демократии Афин.

Оснований для идеализации афинской демократии у меня нет никаких. Граждане Афин составляли менее одной пятой населения, остальные – женщины, некоренные афиняне и рабы - не имели прав. Ситуация, сходная с Республикой Посполитой, где шляхта имела демократические права, сравнимые с правами афинян. Речь Посполитая не упоминается в трудах апологетов западного общества, которым явно неприятно причислять к старинным демократиям “варварскую” славянскую страну на задворках Европы.

Вопреки современному восхищению Афинами, пороки афинской демократии отмечались многократно людьми античного мира - современниками или жившими позднее, но психологически не оторванными от классической Эллады. Выдающиеся умы Греции относились к демократии, мягко говоря, прохладно. Демократия платила им той же монетой, приговорив Сократа выпить чашу яда. История с чашей произвела плохое впечатление на ученика Сократа Платона, чью оценку демократии разделял Аристотель, имевший в остальном иные философские взгляды. Число примеров можно увеличить. Но они однозначны: умным людям античного мира афинская демократия не нравилась.

Римская республика

Римская республика оказала гораздо большее влияние, чем Афины, на мыслителей XVI – XVII века, писавших о государстве [4, 5]. Восхищение вызывала существовавшая у римлян система баланса и контроля власти, что позволяло избегать ее порчи, то есть сползания в тиранию, олигархию или во власть толпы (охлократию). Тем не менее, нельзя было уйти от факта, что Римская республика разложилась, впала в состояние бесконечных гражданских войн и ее граждане предпочли свободе покой и с радостью отдались под власть мудрых и гуманных правителей, ставших императорами, полубогами, а позже – тиранами. Круг замкнулся с распадом Римской империи. Города-республики средневековой Италии пытались использовать римский опыт уравновешивания власти, но устойчивыми оказались либо аристократические олигархии, как в Венеции, либо популистские деспотии, постепенно переродившиеся в монархии, как во Флоренции.

Протестантство и демократия

Идеологи протестантской элиты Америки и Европы утверждают, что Реформация сыграла важнейшую роль в развитии демократии. Эти взгляды обобщены в книгах евангелического философа Френсиса Шаффера [5]. Одним из последствий Реформации Шаффер считает появление человеческих сообществ, способных к свободе без хаоса. Это стало возможным благодаря возврату к Библии. Люди стали искать в Библии ответы на моральные и житейские запросы, что привело к осознанию места человека в мире. Достоинством человека является то, что он создан Богом по образу Божьему. Отсюда равенство перед Богом. Верующие говорят с Богом прямо, без помощи священников. Прихожане могут участвовать в советах по управлению церковными делами, элементарных ячейках демократии. Идеи Реформации включают правление по согласию, разделение власти и право на революцию.

Многое согласуется с утверждениями о роли Реформации в развитии демократии [5, 6]. В XVII веке демократия утвердилась в протестантских Нидерландах, Швейцарии и Шотландии, а затем в Англии. К различным направлениям протестанства принадлежали американские колонисты, основавшие в XVIII веке США. Подавляющее большинство протестанских стран являются устойчивыми демократиями. Реформация сформировала тип человека, “западоида”, по Александру Зиновьеву [7], психологические черты которого обеспечили стабильность и процветание Северной Европы, США, Канады, Австралии. Черты эти включают индивидуализм, самостоятельность, трудолюбие и упорство, чувство ответственности, самоуважение, способность к самоорганизации, расчетливость, холодность и отстраненность от людей .

Демократия, разумеется, не является специфически протестантской формой правления. Так, самым сильным королевством Германии, объединившим страну в XIX веке, была протестантская Пруссия, известная милитаристскими и аристократическими традициями. Протестантская северная Германия голосовала за Гитлера в той же мере, что католическая Бавария. У католиков известны несколько примеров сохранения древних и устойчивых демократий. Таковы католические кантоны в Швейцарии и карликовые республики Андорра и Сан-Марино. Тем не менее, развитие демократии во Франции и в других непротестантских странах Европы происходило под влиянием ее успехов в протестантских странах.

Либерализм

Истоки либерализма

Реформация способствовала росту индивидуализма и либеральных идей [5, 6]. Индивидуализм явлется сердцевиной либерализма, поскольку либералы с самого начала считали, что личность важнее, чем общество [8]. Подобные взгляды развивали английские философы XVII века. В частности, Джон Локк взял за основу протестантское понимание личности, но вне связи с Богом. “Права человека” получили развитие в XVIII веке в трудах женевца Жан-Жака Руссо [5]. Руссо считал, что человек рождается свободным, с прекрасной душой и талантами. Общество и цивилизация портят его натуру. Поэтому “благородный дикарь” выше цивилизованного человека. Эта часть учения Руссо, провозглашающая автономность человека и его свободы, целиком вошла в багаж идей либералов. Руссо провозгласил природную одаренность людей, их биологическое равенство, а не равенство перед Богом. Это тоже вошло в багаж либералов. Из врожденной одаренности человека следует, что лучшим способом воспитания является его отсутствие. Руссо сам подал пример и пятерых детей, прижитых от экономки, отправил в сиротские приюты [5]. Современные публичные школы Америки и Европы (в отличие от частных школ) следуют идеям Руссо и минимально загружают голову ребенка знаниями.

Либеральные идеи в экономике связаны с Адамом Смитом, который в конце XVIII века создал теорию свободного рынка, где в товаро-денежном обмене и конкуренции реализуются свобода и эгоистические интересы человека [9]. Идеи либерального капитализма ограничивают вмешательство государства в жизнь отдельных людей. По иронии судьбы, как пишут некоторые авторы, главными сторонниками невмешательства государства и общества в деловую и частную жизнь являются сейчас “новые правые” - консервативные партии Европы и США, открыто оберегающие богатых. Тут терминологическая путаница, “новые правые” только называют себя консерваторами, а по сути - либералы-антисоциалисты. Единственное, что у них общего с консерваторами прошлого, – это отсутствие уравнительного зуда, характерного для либеральных и радикальных партий и движений.

Либерализм - идеология капитализма

Либерализм - идеология капиталистического общества, утверждающая приоритет личного над общественным и свободу деятельности человека от государства. Либерализм означает неограниченное право на конкуренцию - в этом суть либеральной свободы [8, 10]. Будучи элитарной идеологией капитализма, либерализм рано овладел искусством социальной пропаганды, выступая против наследственных прав аристократии и пропагандируя изначальное равенство людей и равные стартовые возможности. На самом деле, либералы всегда подразумевали, что общество делится на равных и на тех, кто еще “равнее” - немногих избранных, двигателей прогресса. Простодушные древние называли последних олигархами.

Либерализм в XIX веке

В течение XIX века либерализм набирал силу, сочетая поощрение свободного предпринимательства с борьбой за гражданские права. К началу ХХ века либералы завоевали прочные позиции среди европейской интеллигенции, средней буржуазии и в парламентах демократических стран. Для большинства образованных людей либерализм ассоциировался с гуманизмом и прогрессом. Либералы не требовали перераспределения собственности и не угрожали революцией, но отстаивали свободу и права личности. Быть либералом стало престижно и даже единственно возможно для приличного человека.

Немногие в то время увидели опасность усиления либерализма. К числу таких людей в России принадлежали Константин Леонтьев и Василий Розанов. Вот так Розанов объясняет причины неприятия либералов им и Леонтьевым: “В те дни он (либерализм) был всесилен, и решительно каждый нелиберал был “как бы изгой из княжества”: ни ум, ни талант, ни богатое сердце не давало того, что всякий тупица имел в жизни, в печати, если во лбу его светилась медная бляха с надписью: “я либерал”.… Таким образом источником моего анти-либерального настроения было общее христианское чувство и вместе демократическое (=все равны по душам, и добряк-консерватор выше прижимистого либерала); а у Леонтьева этим источником был эстетический страх, что либерализм своим уравнительным и освободительным движением подкашивает разнообразие и, следовательно, красоту вещей, социального строя и природы” [11].

Либерализм в ХХ веке

Судьба либерализма в ХХ веке в огромной мере определилась результатами столкновения западных демократий (союза консерваторов, либералов и социалистов) с тоталитарными режимами – фашизмом и коммунизмом. Победили западные демократии, но большая часть пирога политического влияния досталась либералам. Преступления фашизма и коммунизма были в полной мере использованы либералами для создания агрессивной уравнительной идеологии, направленной на стирание национальных отличий и приобретение информационного и политического господства над миром [12]. Либеральные идеи оказались привлекательными для транснациональных корпораций, не заинтересованных в существовании национальных государств. Отсюда проистекают гигантские финансовые возможности либеральной машины. Сбылись опасения как Леонтьева, так и Розанова. Либералы направленно уничтожают культурное, этническое и идейное разнообразие человечества. Уничтожают красоту многоликости. Одновременно они давят инакомыслящих, которых клеймят как реакционеров, фашистов, расистов, сексистов и гомофобов [13]. В России обвинения имеют местный колорит, в частности, сексизм и гомофобия уступают дорогу принадлежности к коммунистам или националистам, но приемы затирания те же, что на Западе, и много эффективнее, чем во времена Розанова [14].

Тут я должен прервать себя и заметить, что в период написания настоящих заметок я прочитал статью Александра Дугина “Демократия против либерализма” [15], которая при отличии в идеологии и частных оценках содержит сходные мысли, а именно, что демократия и либерализм – разные явления, хотя могут совмещаться, и что демократия сама по себе не несет зла людям, а современный либерализм является для России безусловным злом. Мысли эти, как я отметил, не сегодня придуманы. Хочу процитировать Константина Леонтьева: “Все сначала просто, потом сложно, потом вторично упрощается, сперва уравниваясь и смешиваясь внутренне, а потом еще более упрощаясь отпадением частей и общим разложением…. Тот, кто хочет быть истинным реалистом, ….должен рассматривать и общества человеческие с подобной точки зрения. Но обыкновенно делается не так. Свобода, равенство, благоденствие (особенно это благоденствие!) принимаются какими-то догматами веры, и утверждают, что это очень рационально и научно! Да кто же сказал, что это правда?” [16].

Через 100 лет после смерти Леонтьева либералы пришли к власти в России. За семь лет их правления (1992 – 1998 г.г.) была развалена экономика, обнищало население и богатства страны оказались в руках олигархов, о которых плачет тюрьма. Сегодня либералов отстранили от власти, но их поражение может оказаться временным. У российских либералов до сих пор немало сторонников среди интеллигенции и могущественные спонсоры. Либералы вместе с зарубежными союзниками ведут борьбу за души молодого поколения. Исход борьбы решит судьбу Российского государства. Должен сказать, что настоящее не дает оснований для оптимизма и скорее всего сбудется пророчество Леонтьева – Россия исчезнет, но бороться следует до конца.